И думу думают тяжёлу
Те девы, ликом побледнев,
Когда ж теперь Апулья сможет
Их ножки пылию одеть?

Устало, грязные помадой
Их губы льют досады речь.
Но речи нищи состраданьем
Тому, кто может умереть…
.....................
.....................
Солнце стыло лачет тучи,
Мгла порхает на жаре,
Кромки крыш в антенных сучьях
Грязь мешают в вышине.

Небо тяжко, еле дышит,
Растворившись в облаках.
Смольный дым спадает ниже
Гарью в слёзы на очах.

Духом падший, добираюсь
До постылого крыльца.
Тут студенты налетают
Кучей гадкой воронья.
.....................
Глаза мертвеют в ясных мыслях,
Кровь уж не греет горячо.
Чтоб ни сказал я - всё едино,
Чтоб я ни сделал - к чёрту всё!
.....................
.....................
Живут на развалинах улиц,
Чуть тлеющий душ их огонь
Спиной от других караулят,
Другие от этих спиной.

Дома забивают от хлада
И дом их до гари богач.
Спукаются на земь туманы
Сквозь трещины дома гулять.

И мразь наплодиться во смраде,
Ключа чистоту осквернит.
Меж ними за солнца луч свара,
Хоть горло кому перегрызть.

И в толк не возьмут и в помине!
Должна что чужая им боль,
Вспыхнуть свежей лучиной,
Как небо яркой звездой.

А в поезде вонью стойком,
С ребёнком заплаканных глаз,
Идёт по вагонам с мольбою
Безрукая женщина-мать.

Нет левой руки по плечи,
Зализан обрубок по швам,
И жуткое гладко увечье,
Обтянуто сеткой в натяг.

Как могут они, улыбаючись,
Кус хлеба легко проглотить?
Как ком в глотке их не застрянет,
Когда она ходит просить?..

Я помню у Чехова строки.
Что нужен такой человек,
Ходил бы что с молоточком,
И стукал тихонько нам в дверь.

Чтоб в высшие мгновения счастья,
Когда, будто, счастлив мир весь,
Он стуком бы напоминал нам,
Несчастные в мире что есть.

Хоть двери разламывай ломом,
Ничто не всколышет их жизнь.
Я лучше бы тем молоточком
Бошки им всем размозжил!
.....................
Но, если бог исполнит желанье моё,
То весь мир обезлюдит на век…
Ну и к чёрту! хотел я плевать на него,
Как на друг друга плевать вам всем.